Найти всё, что скрыто

Волжская коммуна
01 Марта
В этом году службе исполнилось 99 лет. Самарские эксперты-криминалисты объяснили, как отличить фальшивые купюры, показали коллекцию редкого оружия и рассказали, как компьютеры помогают искать людей

Первого марта эксперты-криминалисты МВД России отмечают свой профессиональный праздник. Их работа, как и любого полицейского, начинается на месте преступления. Но еще до начала осмотра местности эксперт-криминалист должен предположить, как мог двигаться преступник и до чего мог дотронуться, то есть, где искать его следы.

 Мастера на все руки

Работа эксперта-криминалиста, как и любого полицейского, начинается на месте преступления. Но еще до начала осмотра местности эксперт-криминалист должен предположить, как мог двигаться преступник и до чего мог дотронуться, то есть где искать его следы.

Бывалые вспоминают: порой преступника ловили по следу уха, оставшемуся на двери, когда тот прислушивался, что происходит в комнате, и по «оттиску» лба, отпечатавшемуся на стекле окна, к которому домушник приник, вглядываясь внутрь комнаты, чтобы определить, есть ли кто внутри.

У каждого эксперта при себе есть чудо-чемодан, в котором спрятаны все необходимые инструменты - от отвертки и плоскогубцев (чтобы пули из стен доставать) до порошков и паст, способных на месте сделать слепки необходимых следов, плюс ультрафиолетовая лампа и фотоаппарат.

Собрав материалы с места происшествия, криминалист отдает их следователю, а тот при необходимости назначает экспертизу, после чего часть доказательств отправляют в руки криминалистов.

«Сегодня мы выполняем 41 вид криминалистических экспертиз, в этом году планируем открыть еще два направления: лингвистическую и радиотехническую экспертизы, специалисты сейчас проходят специальную подготовку, - рассказал начальник экспертно-криминалистического центра ГУ МВД России по Самарской области Александр Названов.- Радиотехническая экспертиза может определить, с какого устройства мог отдаваться сигнал взрывному устройству или аппарату для считывания автомобильной сигнализации. Однако чаще всего сегодня нам приходится проводить трасологическую, дактилоскопическую и почерковедческую экспертизы. На первый план выходит так называемая беловоротничковая преступность, когда не нужно выходить из дома, чтобы украсть чьи-то деньги».

За год в областном ЭКЦ проводят около 30 тысяч экспертиз и примерно столько же осмотров мест происшествий. Учитывая объем работы, а также долгое время обучения и обретения опыта каждым из сотрудников, ветераны службы не спешат на покой: Алексей Бодунов, Иван Шелегович, Виктор Трухачев и бывший начальник Центра Михаил Тогобицкий остаются в строю, но уже в качестве вольнонаемных специалистов, продолжая работать и обучать молодежь премудростям профессии.

Внимание к деталям

А учить есть чему: к примеру, специалисты поддельные купюры видят сразу. Пока обычный человек крутит их в руках и размышляет, в чем подвох, эксперты подмечают, что банкнота склеена из двух слоев папиросной бумаги, напечатана на струйном принтере, а защитная нить наклеена поверх и легко поддевается ногтем.

По словам специалистов, поддельных купюр номиналом 2000 рублей в Самарской области пока замечено не было, в ходу в основном тысячные. Пятитысячные чаще пытаются сбыть на рынках и в небольших магазинах.

Если продавец запомнил фальшивомонетчика, то специалисты могут с его слов составить субъективный портрет. Раньше в штате были художники, но сегодня удобнее работать с компьютерной программой.

«Сначала мы уточняем, кого мы рисуем: худого или полного человека, европейца или азиата, а главное – что человеку бросилось в глаза: может быть, прическа, взгляд особенный или нос картошкой, с этого и начинаем, остальное добавляем позже, - показывает наглядно на экране монитора старший эксперт учетов криминалистических экспертиз ЭКЦ ГУ МВД России по Самарской области Евгений Мартыненко. – Достоинство программы, которую мы используем, – это возможность скачать из Интернета и использовать как образец картинку: допустим, если человек уверен, что губы у женщины были, как у Анджелины Джоли, а разрез глаз, как у Хью Гранта».

На один «портрет» уходит от одного до трех часов, после чего полученную картину проверяют по базе: не попадал ли похожий человек ранее в поле зрения правоохранительных органов.

Говорящие улики

Специалисты считают, что преступник не может не оставить следов. Отпечаток пальцев, следы пота или слюны – все это поможет впоследствии выйти на нарушителя закона и доказать его виновность в суде.

Раньше следы пальцев рук эксперты сравнивали при помощи лупы. В 90-е во время создания дактоцентра в Самаре над этим корпели 15 человек. А в 1995-м появился автоматизированный комплекс, который делает это сам, с 2000-х годов появилась возможность сравнивать отпечатки не только пальцев, но и ладоней. В итоге примерно 30% преступлений сегодня раскрываются как раз благодаря следам ладоней.

«Дактилоскопическая база региона насчитывает около 40 000 образцов, в основном это данные осужденных, мигрантов, полицейских, призывников и неопознанных живых и погибших, - уточнил главный эксперт ЭКЦ ГУ МВД России по Самарской области Сергей Брычков. – Если преступник не «опознается» по местным базам, его пробивают дальше – вплоть до федеральных. Так, в 2013-м году в Тольятти обнаружилась дактилокарта одного из подозреваемых в организации подрыва автобуса в Волгограде».

Силовики сетуют: у людей есть возможность добровольно занести свои «пальчики» в их базы, но желающих не так уж много. Хотя это может оказаться крайне полезным. Например, в ситуации с пожилыми людьми, особенно если они страдают потерей памяти: это значительно облегчило бы идентификацию потерявшихся бабушек и дедушек, которые попадают в больницы.

Можно, конечно, провести, ДНК-экспертизу, но это в разы дороже. «Мы бы с удовольствием внесли максимум населения в наши базы, но это будет стоить огромных денег, поэтому сегодня Федеральная база данных геномной информации включает в себя осужденных, которые отбывают наказания за тяжкие и особо тяжкие преступления, неустановленных лиц, чей биоматериал изъяли с места преступления, а также неопознанные трупы и потерявших память людей», - рассказала начальник отдела биологических экспертиз и учетов ЭКЦ ГУ МВД России по Самарской области Татьяна Воякина.

ДНК-экспертизы в Самарской области проводят с 1996 года, в то время она занимала неделю, потому что все приходилось делать вручную. В 2006-м купили необходимую аппаратуру, и процесс ускорился: теперь в год в ЭЦК делают от 600 до 900 подобных исследований.

Огонь-коллекция

В ЭКЦ готовы показать не только коллекцию фальшивых денег, но и изъятое в разное время оружие. Вообще, по правилам, оружие, изъятое из незаконного оборота, по решению суда уничтожается: раз в год пистолеты-автоматы вывозят на сталелитейный завод и там отправляют в печь. С 2018 года этим заниматься будет не полиция, а Росгвардия.

Однако наиболее ценные экземпляры оружия эксперты оставили в Центре: к примеру, парабеллум времен Великой Отечественной войны. Жемчужины коллекции – револьвер системы Смита-Вессона 1890 года выпуска, с которыми когда-то служили морские офицеры, и бельгийский револьвер 1898 года выпуска, который достался полиции после разоружения ВОХРов (войск внутренней охраны). Сегодня в ЭКЦ хранится около 70 единиц оружия, в том числе пистолеты Макарова, автоматы Калашникова разных модификаций.

«Вот такие «смит-вессоны» были на вооружении у ФСКН когда-то, - показывает главный эксперт ЭКЦ ГУ МВД России по Самарской области Владимир Катруш. – Обратите внимание: он легкий, с большой емкостью магазина и абсолютно гладкий, чтобы его быстрее доставать из кобуры. А вот Beretta – их еще дамскими пистолетами называли, смотрите, какие они миниатюрные».

Все оружие находится в отличном состоянии и выглядит так, будто еще вчера активно использовалось. Вот только мало кто, кроме самих полицейских, может полюбоваться на него.

Официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации
© 2018, МВД России